April 11, 2017

Indonesia

     Границы Индонезии объединяют больше 17 тысяч островов и около 300 народностей - только представьте, насколько богата и разнообразна культура этой страны, когда у каждого племени есть свои обычаи, религия и даже язык.
    Еще в ноябре я наметила маршрут по нескольким островам, однако, осуществить свой план смогла только через несколько месяцев. Мой путь лежал до острова Флорес, откуда отправляются лодки на Комодо, где живут драконы. А далее - на запад, к острову Ява.
     Наш маленький самолет сел в Лабуан-Баджо. Все, к чему мы привыкли на Бали, здесь совершенно не работало - другой остров, другая религия, культура и даже манера вождения, а на закате вместо балийского гамилана звучит азан.
    Город с пыльными дорогами, зажатый грузовыми портами с одной стороны и холмами - с другой. Холмы усыпаны лачугами бедняков и узкими улочками, по которым расхаживают собаки, куры и крысы, само собой. Наш отель находился посреди всего этого великолепия, метрах в ста от центра города и в километре от рыбного рынка.
    Практически каждый житель города, который может связать несколько слов по английски, попытается заработать на вас. Это не однобокий взгляд, не попытка создать негативное впечатление о острове, это - факт, к которому стоит просто привыкнуть.
Например, обычную пассажирскую лодку на Комодо мы смогли найти только через день просто потому, что никто в городе вам не скажет правды. Туристов здесь возят наемные капитаны и за большие деньги, а наличие локального транспорта - портит весь коварный план. "Лодка до Комодо? Пассажирская? Да вы что, такой не существует!" - так нам отвечали абсолютно все, так что к вечеру мы считали себя просто сумасшедшими, одержимыми несуществующей лодкой.
    К счастью, нам очень помог Иван Лешуков, в блоге которого мы нашли не только расписание пассажирских лодок, но и много полезной информации о Комодо и соседних островах Индонезии.
     В Лабуан-Баджо мы провели несколько дней, в один из которых решили покататься по окрестностям. С холмов на севере Флореса открывается вид на близлежащие островки, да и сами холмы напоминали по форме трюфели, а покрывающая их трава стелилась по ветру, точно шелковое покрывало. Солнце палило безбожно, а мы продвигались дальше на север, но когда дорога сошла на нет и превратилась в колею, наполненную вязкой глиной, мы решили не рисковать и вернуться к асфальту.
    Время едва ли перевалило за полдень и мы двинули в сторону запада - в горы. Дорога здесь бесконечно красива: облака касались вершин деревьев и гор, а жара наконец сменилось на приятную прохладу. Мы свернули на проселочную дорогу - к водопаду Кунка Вуланг. Еще минут 40 тряски по бездорожью привели нас к старой церкви. Церкви здесь стоят практически в каждой деревне - большая часть Флореса - католики и протестанты, однако многие рыбаки исповедуют ислам. Но, как мы убедились на собственном опыте, абсолютно не важно - крестятся тут или простираются в намазе - обмануть вас может каждый.
     Трек до водопада начинался в небольшой деревне и по началу казался элементарным - вроде бы иди себе по джунглям и иди, но прошедший недавно дождь добавил эпичности. Идеально ровная дорога превратилась в месиво из грязи и глины, а любой спуск или подъем превращался в каток. По пути пару раз приходилось переходить в брод небольшие ручьи, однако, чем ближе мы подходили к цели, тем менее приметной была тропа. Ее мы потеряли тогда, когда уже был слышен грохот водопада. Это были минуты отчаяния - полтора часа по грязи и джунглям, чтобы упереться в непроходимые заросли бамбука с одной стороны и в бурный ручей с - с другой. Но как же не хотелось возвращаться обратно!
    К счастью, немного вернувшись назад, мы нашли верную тропу к водопаду - всего в нескольких метрах от нас вода падала с оглушительным ревем на дно каньона.
     Я не помню, сколько мы просидели на скале, глядя, как бурлит вода между скал каньона, зато помню, как быстро шли назад - в джунглях нельзя забывать о времени, а до темноты еще нужно было добраться до города.


КОМОДО | KOMODO


    В 6 утра мы пришли на угол рыбного рынка, чтобы заранее отыскать лодку. Нас вновь стали посылать на пирс, откуда отплывают туристы. Мы не сдавались, хотя объясняться с местными без знания языка - практически невозможно. Наконец нам пальцем указали на небольшую лодку, так называемую "такси комодо", пришвартованную совсем рядом.
    - Капитан еще спит - сказал кто-то из толпы.
    Мы вернулись через пару часов, сторговавшись с капитаном на 100 тыс. рупий за двоих и заняли свои места на полу. Постепенно лодка наполнялась людьми и товарами - Лабуан-Баджо - единственный край цивилизации. Отсюда везли питьевую воду, канистры с салярой, коробки с едой. Когда лодка была забита до отказа, наконец-то был поднят якорь. В таких лодках мотор располагается посередине, так что наши места оказались не особо удачными - от грохота закладывало уши, пахло рыбой и бензином, каждый второй на лодке курил без перерыва и плевал прямо на пол, а женщины клали детей на колени и судорожно копошились в их волосах, выискивая вшей. Последнее заставило нас перекочевать на нос корабля, где хоть и палило безумно солнце, но все же обдувал ветерок, было свежо и свободно.
    После этих слов меня обычно спрашивали - жалела ли я в тот момент, что поехала на этой лодке? Но мой ответ был бы решительным "нет", попади я и в более худшие условия. Именно в этой лодке в моей голове зарождались мысли о том, насколько отличается реальная картина мира от того, что мы привыкли видеть и слышать о вечнозеленых островах. Да нет, никто не питал иллюзий о том, что живется там легко, но очевидно, что на самом деле все обстояло гораздо хуже. Лишиться этого - значит закрыть глаза на реальную жизнь этого мира.
    Наша лодка подскакивала на волнах, приближаясь к Комодо с черепашьей скоростью в 12 км/ч. Повсюду были разбросаны мелкие зеленые островки, большинство из них были необитаемы, на некоторых можно было разглядеть целые деревни с десятком домов на сваях. Мы шли на лодке чуть больше 4-х часов, вода была спокойной, но так, как текут реки на суше, в океане извиваются и бурлят течения. Иногда мы проплывали над кристально чистой водой и казалось, что наша лодка парит в невесомости. А у самых берегов Комодо нам посчастливилось увидеть стаю дельфинов в метрах 7 от лодки.
    Наше морское приключение закончилось у причала острова Комодо и еле забравшись на высокий деревянный пирс, мы отправились искать ночлег.
    В национальном парке запрещено строить отели и гостиницы, так что единственное, на что можно расчитывать - это гостевой дом. Ночлег мы нашли в самом центре деревни - нас встретила женщина, представившись Уми и пожала руки. "Хелло Мистер" - так Уми, ее муж и двое дочерей обращались к нам в следующие 4 дня, а заодно и все, кого мы встречали на улице. Что ж, в английском местное население не особо себя утруждало - в деревне всех тех, кто хоть немного говорит по английски, можно было пересчитать по пальцам.
    Дом, в котором мы остановились, как и все прочие, был двухэтажным, внизу располагалась кухня, а второй этаж был жилой. Перегородки комнат были весьма условны и имели скорее декоративный характер, когда каждый из нас был под одной крышей в буквальном смысле - высокой и двустворчатой, куда часто залетали не только мотыльки, но и летучие мыши.
    Дома здесь на сваях, очевидно, из-за частых штормов, а мебели в них практически нет. В самых зажиточных семьях можно встретить кровати, столы и полки, в других же чаще вся семья располагалась на полу. Жилища располагались так близко друг от друга, что из нашего окна мы с легкостью могли наблюдать, что происходит в доме напротив или по соседству.
    Каждый вечер Уми усаживалась на террасе и о чем-то думала, потягивая сигарету. На голове ее всегда был повязан тюрбан из пестрых платков, глаза были ни то коричневого, ни то темно-зеленого цвета - цвета не доспевшей смородины. Не знаю, где витал ее разум, но заметив на себе мой взгляд она всегда широко улыбалась. Я украдкой наблюдала за ней, так и не осмелившись сделать портрет - то свет был не подходящим, то момент не тот. Чем больше я наблюдала за жителями деревни, тем больше приходила к выводу, что фото рушит гармонию момента - мы не в праве нарушать чей-то покой. Единственное, что нам остается - запоминать.Быть может, я просто плохой фотограф, но надеюсь, хотя бы сносный рассказчик.
     Стоит выйти за пределы деревни, то сразу же начинаешь чувствовать себя настоящим натуралистом - остров полон жизни, полон растений и животных, невиданных мной ранее и даже дно океана, оголившись после отлива, живет и дышит - шагаешь между цветных водорослей, морских звезд, ежей и целых колоний ветвистых кораллов. Идем по тропе, сворачиваем к деревенским мальчишкам - они стоят по колено в воде, выискивая устриц, а их смех разносится по всей бухте. Быть может, люди, живущие здесь - заложники островов, а может - обладатели самой большой свободы.
    В таких местах ты оторван от мира, от себя привычного и привычных вещей. Сидишь и задаешь себе извечный вопрос: "Кто мы, как могли мы потерять эту легкость и беззаботность жизни, навесить на себя столько проблем?".
    Жители деревни Комодо - это потомки ссыльных заключенных и выходцы племени буги с соседнего Сулавеси. Остров остался в стороне от колониальной политики европейских государств и был неизвестен Европе вплоть до 1910 года - после рассказов от голландских моряков о мифических чудовищах, на остров отправилась экспедиция, в ходе которой и был открыт комодский варан всему миру.
    Комодский варан является ровесником динозавров, да и рычит от ничуть не тише.
    Существа они хищные и опасны не только для оленей и кабанов, но и для человека в том числе. Случаев со смертельным исходом не мало, именно поэтому отходить далеко от деревни на Комодо не особенно безопасно, а по национальному парку можно погулять только в компании рейнджера и, увидев варана своими глазами, я была несказанно рада, что мы здесь не одни.
    Помимо Комодо, в национальный парк входят также острова Ринка и Падар. На последнем вараны вымерли несколько десятков лет назад - браконьеры лишили их пищи, истребив всех оленей. Сейчас Падар полностью необитаем и населен лишь мелкими животными. Его название мне хочется обязательно связать со словом "дар". Дар, как высшее проявление красоты, которое мы не в состоянии беречь и защищать.
    Гуляя по побережью, здесь запросто можно набрать пластика на целый вагон. Ровно такая же ситуация и на Комодо. Гораздо хуже дела обстоят в Индонезии (да и во всей ЮВА) с прочими островами, стоит вспомнить хотя бы побережье Куты или Чангу в сезон дождей.
    Возможно, цивилизация пришла сюда слишком рано, опередив знания, широту мыслей, осознанность большинства. Тут по прежнему нет приличной медицины, но зато есть пластиковые контейнеры для риса, которые затем летят в океан - его используют здесь как помойку. В то же время, я не могу винить этих людей в полной мере, так или иначе - это проблема политики целого государства. И все же, глядя на груды мусора, не устаю повторять - "Вы все это заслужили. Все мы заслужили".
    Ах да, попали мы на Падар с рыбаком по имени Ипул. Мы шли по проливу Линтах, среди сильных течений - нашу лодку сносило, как картонную коробку, но проходив эти бурные "реки", мы выравнивали курс. А на обратном пути мотор и вовсе заглох посреди океана. Ипул метался с кормы на нос, не понимая, в чем же дело, а нас медленно и верно несло куда-то к Восточной Ринке. Я уж стала надеяться на большое приключение - воображение рисовало картины, как лодку в конце концов вынесет к берегу и мы будем пробираться через джунгли в поисках цивилизации, но наш рыбак все починил при помощи обычных швейных ниток. Не знаю, как это возможно,быть может это комодское волшебство :)
    Так или иначе, Ипул - самый бескорыстный человек, который встретился нам за все путешествие. Меня, привыкшую к вечным торгам и спорам, однажды его ответ поставил в тупик: "Я не знаю сколько стоит довезти вас до парка. Просто назовите свою цену". Такое в Азии слышать не привычно.
    В общей сложности, на Комодо мы провели 4 дня - нас ждало возвращение в Лабуан-Баджо. Обратный путь был гораздо комфортнее - отчего-то на лодке было совсем мало народа, а скорая встреча с чашкой кофе радовала особо.


     Пригодится: Националый парк Комодо расположен в километрах 3-х от деревни, утром во время отлива сюда запросто дойти по берегу, мы же сюда добрались по воде с уже знакомым нам рыбаком Ипулом, заплатив ему стандартные 200 т.рупий за обе стороны.
    ● Вход в парк и все прочие разрешения обходятся в 235 т. рупий, также за 80т. рупий на двоих к вам приставят рейнджера, который будет показывать путь и следить, чтобы вас не съели вараны. Существует 3 маршрута по парку, мы выбрали самый большой, хотя рейнджер настаивал на среднем. Прошли его часа за полтора и увидели 8 варанов, говорят, это удача.
    ● Ночлег в гостевом доме Комодо стоит 300 т. рупий на двоих, ресторанов и кафе здесь тоже нет, поэтому завтрак, обед и ужин уже включены в стоимость. Еда здесь без изысков, все то же, что едят местные - рис, овощи, рыба и курица.Нас подкармливали булочками и домашними чипсами, а в лодку Уми собрала для нас шикарный обед.
    ● Если вы любите плавать под водой, Национальный парк Комодо просто создан для снорклинга!



КЕЛИМУТУ | KELIMUTU


    "Просто дайте пройти!" - у выхода из аэропорта Энде толпилось человек 20, каждый из них пытался предложить свои услуги так настойчиво, что я приготовилась толкаться. Вырвавшись из толпы, мы вышли на главную улицу и поймали бемо до Восточного терминала, откуда идут басы к самому подножию вулкана Килимуту -в деревню Мони. В таких местах торговаться за билет на автобус - обычное дело, суммы для иностранцев здесь берутся с потолка и не поддаются никакой логике. Ну и конечно, не обходится без пары шуток про заезжих снежков, поэтому если вы не готовы смеяться вместе со всем автобусом над собой же - лучше берите машину с водителем.
    Ехали долго, едва превышая скорость 30 км/час - набор высоты и серпантины здесь внушительные, к тому же, почему бы по пути не купить пару мешков риса?
    Для рассвета на Келимуту обычно берут машину с водителем и возвращаются в Мони уже через полтора часа после восхода солнца. Но озера вулкана располагаются глубоко в кратерах и во всей красе их можно увидеть только ближе к 12 часам дня, когда солнце их полностью освещает. Так как наш водитель категорически отказывался нас ждать столько времени, мы сразу же его отпустили, приняв решение обратно идти пешком.
    Ближе к полудню остаешься один на один с Келимуту, а вода в озерах кажется густой и вязкой, как краска. К вулкану, помимо смотровой, можно подойти с нескольких сторон, однако, следует быть осторожным - почва здесь скользкая и сыпучая, к тому же периодически случаются выбросы серы и других вредных веществ, от которых может закружиться голова и вы запросто потеряете равновесие.
    Озера Келимуту образовались после извержения вулкана в 1968 году, когда впадины в кратере постепенно заполнились дождевой водой. Вода стала периодически менять свой цвет из-за различных минералов на дне кратера - постепенно они вымываются и меняют цвет озер от зеленого и синего, до белого, красного и даже черного.
    Транспорт до Энде ходит примерно каждые пол часа и после завтрака мы запросто поймали бемо. Не в силах спорить с кондуктором, просто отдаем по 30 с человека, замечаю, как половину кондуктор прячет себе в карман. Чтож, ему нужнее и он действительно крут, он вылазит на крышу бемо, чтобы покурить, пока мы мчим по серпантинам.
    Проезжаем мимо мелких деревень и рисовых полей, возле водопадов вдоль дороги, похоже, утренний душ у всей деревни, особо находчивые проводят себе настоящий водопровод при помощи полых стеблей бамбука. Через дорогу стирают белье прямиком в сточных ручьях, выигрывают в чистоте явно те, кто стоит выше по течению.
    В Энде мы остановились в отеле недалеко от аэропорта - до нашего рейса 2 дня, в самый раз, чтобы привезти мысли в порядок. Наша жизнь вращалась возле булочной, местного пляжа со взлетно-посадочной полосой по соседству и варунга Sari Rasa - это действительно одно из лучших мест, где мне приходилось есть в Индонезии.

     Пригодится: С жильем в Лабуан-Баджо, Энде и Мони проблем нет, везде очень просто найти отель или гостевой дом. Не забывайте торговаться, например в Мони мы запросто скинули цену с 300 т.рупий до 100 за ночлег.
    ● В Лабуан-Баджо можно снять байк за 70т.рупий в день, в Энде и Мони просят уже по 100. Транспорта на Флоресе в разы меньше, чем на Бали или Яве, но манера вождения здесь намного агрессивней - приготовьтесь к тому, что на серпантинах машины выходят на встречку.
    ● Автобусное сообщение на Флоресе развито достаточно хорошо, бемо - что-то вроде мини басов, без кондиционера и обязательно с очень громкой музыкой - ходят по всему острову. В них удобно передвигаться на небольшие расстояния, но 8-ми и 10-ти часовые переезды покажутся пыткой, поэтому гораздо проще до Энде долететь на самолете.
  ● В Лабуан-Баджо много ресторанов и кафе, но прайс гораздо выше среднего из-за большого количества европейских туристов. Нам очень понравилась кофейня Cafe in Hit, где действительно отличный кофе и Made In Italy с хорошей итальянской кухней. В Мони могу посоветовать Moni Smile - там вкусно готовят местную кухню, а их панкейки просто волшебные! Что касается Энде, то я уже писала о Sari Rasa - это кафе очень приветливой и вежливой китайской семьи, обязательно попробуйте домашнюю лапшу здесь!



БРОМО | BROMO


    Перелет Энде - Купанг - Сурабайя и к вечеру мы уже сидели в автобусе до Проболинго. Дороги Явы - это одна сплошная пробка из грузовиков, идущих к парому и с парома на Бали. Каждая остановка - это новая порция уличных торговцев, которые размахивают рисом или фруктами перед самым носом.
    Я и вправду, до сих пор не могу понять, сколько нужно терпения, чтобы путешествовать автобусами по Азии долгое время, сколько раз нужно сказать слово "нет" для навязчивых продавцов туров или таксистов, которые перегораживают тебе путь или даже толкают в плече, чтобы на него обратили внимание. Сколько раз тебя попытаются обмануть хотя бы на 5 рупий? Честно, я сдалась на автовокзале Проболинго, когда мы пешком отправились в город в поисках жилья, несмотря на ночь, потому что просто не в силах были общаться с желающими нас подвести. К счастью, несколько отелей располагается недалеко от вокзала.
    Около 8 утра мы вернулись в самую цитадель зла - автовокзал. Плохенькое бемо до Чеморо Лаванг отправлялось ровно тогда, когда наберется нужное количество туристов. Правда, нужного количества никогда не набиралось и с нескольких иностранцев водители просили тройную стоимость билета. Что-то пошло не так, когда мы увидели грузовик, стоящий на светофоре.
     - В сторону Чеморо лаванг? А можно нам в кузов? - водитель кивнул и мы быстро залезли в машину. И это одно из самых спонтанных, ярких впечатлений - мы поднимались в горы, двигаясь по сумасшедшим серпантинам, лицо обдувал ледяной ветер, а ты, черт возьми, в кузове грузовика и можешь вертеть головой во все четыре стороны. Нас высадили в километрах 15 от деревни, фермеру нужно было сворачивать, но практически сразу остановилась другая машина - так остаток пути мы доехали с семьей учителей.
    Проехать этот путь автостопом, возможно, самое лучшее решение за все наше путешествие. Во-первых, до этого момента я не верила в приличный автостоп на Яве, а во вторых, именно он дал возможность познакомиться с теми, кто далек от туризма, тем самым вернув веру в людей Индонезии, которая стала слишком уж шаткой.

    В Чеморо Лаванг мы приехали ближе к полудню, заселившись чуть ли не в первый попавшийся гест недалеко от развилки. Дорога налево вела к кассам, направо - на поинты для встречи рассвета и бесплатный трек до Бромо.
    Спустившись в древнюю кальдеру, мы оказались в месте под названием "море песка" - черная пустыня, обрамленная горами - ничто иное, как кратер давно потухшего вулкана, внутри которого образовалось несколько новых, включая Семеру и Бромо.

    В прошлый раз на Бромо я была ранним утром, когда сюда приезжает большинство туристов, об этом я рассказывала здесь. В этот же раз на вулкане мы были абсолютно одни! Да и Бромо стал гораздо шумнее - пар из кратера вырывался с таким ревом, будто стоишь возле турбины самолета.
    Узенькая тропинка вокруг кратера больше смахивала на галлюцинацию - иногда видимость сокращалась до нескольких метров, а облака бежали так быстро, что казалось, холмы раскачиваются вокруг нас.
    К большому удивлению, в деревне у Бромо было абсолютно спокойно - за несколько дней, проведенных здесь, на нас абсолютно никто не обращал внимания и даже продавец шапок предлагал свой товар почти шепотом.
    Вместо туристических кафе мы выбрали самый обычный варунг, он находится у стоянки бемо, идущих обратно до Проболинго. По вечерам здесь собирались местные индонезийцы, укутанные в шарфы или пледы, чтобы посмотреть... женский реслинг по ТВ. Сидишь с горячим чаем в руках и наблюдаешь, как они смеются на всю деревню, да так задорно, что начинаешь смеяться вместе с ними.
    На утро мы вышли около 4-х часов ночи, чтобы успеть на смотровую, откуда открывается вид на всю кальдеру Тенгер. Дорога идет вдоль плантаций и огородов, где выращивают в основном лук, капусту и прочие овощи, на разных отрезках маршрута предлагают подвезти на байках или лошадях, но мы все 7 км в гору прошли на своих двоих.
    Сюжет обратной дороги в Проболинго был примерно таким же - несмотря на то, что возле бемо уже набралось прилично туристов, водитель отказывался ехать. Мы успели позавтракать и собрать вещи, но автобус по прежнему стоял на месте - чем больше ждали люди, тем больше они были готовы заплатить. Мы же, не долго думая, пошли пешком, а примерно через километр нас подобрали ребята из Сингапура, докинув прямиком до автовозказала.
    На автовокзале нам указали на автобус до Бондосово, где нам билет пытались продать несколько подставных кондукторов, включая дворника, который еще пару минут назад мел тротуар.
    Бондосово - непривычно милый и чистый город, с большим парком в центре.


ИДЖЕН | IJEN


    Иджен - это последняя точка маршрута в Индонезии и если признаться честно, мы устали. Поэтому, отчасти я была рада, что нам так и не удалось найти байк в аренду. Мы взяли машину с водителем и выехали к вулкану сразу с Бондосово, избаежав тем самым переезды и поиски жилья в близлежащих к Иджену деревнях.
    Трек до вулкана освещала луна и миллиарды звезд - поднимаешь голову к небу и смотришь, как оно сверкает и переливается. Воздух пропитан серой и чем ближе подходишь к кратеру, тем труднее становится дышать. Шахтеры по пути показывают на респиратор - пора одевать. Внизу сверкает синее пламя, еще пол часа и ты среди этого огня, как чертов аватар - расхаживаешь по синему миру. Туристов больше, чем шахтеров, тяжелый труд здесь превращается в аттракцион.
     Когда начало светать, нужно было спешить наверх - на рассвет,который оказался не особенно красочным и мы побрели вдоль кратера, обходя стороной обожженные деревья. Мне хотелось увидеть бирюзовое озеро Иджена, но туман предательски затягивал кратер еще сильнее и вот вместо озера - бездонная белая пропасть.
     Я не могу уйти отсюда, мне нужно было спуститься в кратер еще раз - увидеть все при дневном свете. Какой смысл рассказывать о рабочих, о том, сколько весят их корзины, какой там ад желтого цвета, если тебя там не было? Днем внизу гораздо жарче - ветра практически не было и весь кратер заволокло серным газом. Респиратор спасал, но и с ним дышать было трудно. Я сняла его - в грудь будто ударили ножом, дышать стало невозможно, во рту - вкус металла и нестерпимая горечь. Я пыталась найти солнце, но сквозь газ оно было едва заметным фиолетовым диском.
     Я уже рассказывала об Иджене и шахтерах, добывающих серу, но увидеть это собственными глазами - совершенно другое. Мне трудно описать свои чувства, смотришь на сгорбленные спины, покореженные руки, красные глаза, прекрасно понимая, что для них нет никакой надежды на лучший мир или на то, что однажды все будет хорошо. Вот так.
    Наверху ждал горячий чай, а студенты из Сурабайи угостили нас шоколадным пирогом, да таким вкусным, что можно было съесть с коробкой. Впереди - прощание с Индонезией, которая стала строгим учителем и долгая дорога домой через Камбоджу.      Я написала этот текст в одном из аэропортов и, наверное, это самые свежие и правдивые чувства об Индонезии и о Бали в целом.
    "Мы тут насмотрелись многого. Успели хлебнуть и туристической грязи, ведь попытки обмануть "буле" ещё никто не отменял. Но это смывает с тебя много иллюзий, в какой-то мере рушит идеалистическую картинку мира о райских местах, а вместе с тем то высокомерие, которое есть в каждом из нас, как некая уверенность в собственной неприкасаемости.
    Я уезжаю совершенно с иными мыслями в голове, абсолютно точно зная, что за каждым красивым пейзажем скрывается чья-то боль. Будь то шахтеры в недрах кратера Иджен или будни грузчиков в порту Лабуан-Баджо. Мир - это всегда двойственность, где прекрасное не против ужасного, а рука об руку с ним. Мы все рождаемся в неравных условиях, кому то дано меньше, кому-то больше.     Я никогда не думала о причинах, потому что их не существует, принимая все вокруг, как данность. Кто-то это называет кармой, но может лишь для того, чтобы успокоить свою совесть?
Да, мы не обязаны помогать этим людям, для нас это чаще ещё один сюжет из окна автобуса или машины. Но мы не имеем права осуждать их, смеяться над ними или задаваться вопросами "почему они так живут", просто потому, что вы можете сделать выбор, а у них чаще этого выбора нет.
    Будьте честными, хотя бы с собой и помните, что тот "купленный" рай, который многие рисуют на своих фото - это не вдохновение, это ложь".

     Быть может, когда-нибудь я расскажу о Бали - о его белой и лучшей стороне, о самых красивых дорогах среди рисовых терасс, о водопадах и джунглях в дождь, или, быть может, о крутых берегах, где можно лежать и слушать океан, о самых красивых закатах и о здешних людях, о черных пляжах и о пустынных храмах, о том, что такое мартабак и почему это самое вкусное, что существует в мире. Обязательно расскажу.